ПУБЛИКАЦИИ
Szhigatel 
22.11.2015 19:05:15

Морок

Выходные Василевский собирался провести на даче, подготовить  дом к зиме - заколотить досками окна и дверь, сжечь опавшие листья, забрать кое-какие вещи. В субботу он ехал в деревню на утренней электричке. Вагон был почти пустой. На одной из остановок вошла женщина и села напротив. Ей было около тридцати. Светлые волосы, затянутые в хвост, симпатичное лицо без макияжа. Одета в короткий светлый пуховик, тёмную юбку и высокие сапоги на молнии. Василевский рассматривал женщину из-под козырька кепки. Кепка была дурацкая, с помпоном. Подарок жены. Первое время Василевский носил её, чтобы не обижать жену, потом привык. Иногда он ловил на себе насмешливые взгляды прохожих. Но ему, в общем, было наплевать.

Женщина смотрела прямо перед собой, в одну точку. Она положила руки на колени. У неё были тонкие, изящные кисти, длинные пальцы. Ногти пострижены коротко, никакого маникюра. Спину держала прямо, и Василевский подумал, что она пианистка. Ему захотелось поцеловать её.

Через пару остановок зашли контролёры, толстая азиатская тётка и высокий тощий парень, с длинной, будто надломленной сзади шеей. Василевский показал билет.

- У меня нет, - сказала женщина. – Я не успела купить.

- Штраф платите, - ответил тощий контролёр.

Она без особого энтузиазма порылась в сумочке.

- У меня с собой всего пятьдесят рублей.

- Тогда освободите вагон. Что у нас там за станция?

- Шестьдесят седьмой километр, - ответила азиатка.

Остановка Василевского была следующей. Электричка замедляла ход. Женщина равнодушно смотрела перед собой.

- Что сидим-то? – нервно спросила азиатская тётка. – На выход, кыш-кыш.

- Я заплачу, - неожиданно для себя сказал Василевский.

- Не надо, - ответила женщина.

Она встала и вышла в тамбур. Электричка остановилась.  Василевский услышал, как, шипя, расползлись двери. За окном был безлюдный, засыпанный листьями перрон. Внезапно Василевский обнаружил, что бежит по проходу в тамбур и выскакивает на платформу.

Женщина медленно шла по перрону. Вокруг был лес и туман.

Василевский догнал её у края.

- Стойте, подождите.

- Что? Что вам нужно?

- Не стоило выходить. Я бы заплатил штраф за вас.

Она оглядела его с ног до головы, задержала взгляд на идиотской кепке цвета кровавого поноса, с помпоном, похожим на фрикадельку.

- Это моя остановка, - сказала женщина. – Зря вы вышли.  Следующая электричка будет часа в четыре.

Она спустилась с перрона.

Василевский посмотрел на часы. Начало десятого. Ему стало  тошно. Он зашагал следом за женщиной.

- Что вам нужно?

Василевский подумал вдруг, что не такая уж она и симпатичная. Обыкновенная.

- Не знаю, - ответил он. – Но что мне теперь, целый день тут торчать?

Она пожала плечами.

- Я вас не просила выходить.

- Хотел помочь.

В лицо ему дул ветер, кепка трепыхалась на голове, вздувалась небольшим куполом.

- Может, там есть кафе какое-нибудь, где можно подождать электричку? – Василевский кивнул в сторону леса.

- Ага, французский ресторан, на поляне.

     Она шла по тропинке. Василевский за ней.

     - Скажите, вы пианистка? – окликнул он.

     - Туффин, – тихо сказала женщина.

     - Чего?! У вас такие красивые руки!

     Она посмотрела на свои руки и вдруг побежала. Василевский  рванул за ней. Почти сразу женщина остановилась, и он чуть не сшиб её с ног.

     - Чёрт с тобой, я не буду сопротивляться. Только по лицу не бей. И одежду не рви.

     Она стала расстегивать пуховик. Под ним была бледно-зелёная водолазка. Василевский жадно смотрел.

     - Я нагнусь, а ты пристраивайся сзади.

     - С ума сошли? - пробормотал Василевский.

     Женщина задрала юбку, спустила колготки и трусы. Потом наклонилась и оперлась руками о берёзку. Чуть помедлив, Василевский пристроился сзади. У него никак не получалось войти в неё. Её щель была сухая и холодная, будто резиновая. Он поднажал, стало больно, но он продолжал давить. Наконец, смог затолкать на всю длину и начал двигаться. Сначала медленно, осторожно, потом быстрее и резче. Василевский ничего не чувствовал кроме удивления и страха. Каждый толчок отдавался болью. Он подумал о жене. Ветер продолжал нахлобучивать его кепку. Василевский стащил её с головы и зашвырнул в кусты. Он пытался представить какую-нибудь порнографическую сцену, но в  голову ничего не лезло. Он шлёпнул женщину по ягодице, она вздрогнула, и ему стало стыдно.

     - Долго еще? – спросила она. – Я замерзла.

     Он вытащил из неё член и убрал в штаны. Женщина натянула трусы и колготки, застегнула пуховик. Её движения были спокойны, как  будто ничего не случилось. Не взглянув на Василевского, подобрала сумочку и пошла прочь. Он  вытер рукавом лицо, по-прежнему ничего не чувствуя. Сердце будто остановилось. Постояв еще некоторое время, он, спотыкаясь, пошёл к перрону. В кармане заиграл «Имперский марш». Василевский достал телефон.

     - Это Нина Петровна.

     - Да.

     - Соседка по даче.

     - Слушаю.

     - Ваш дом горит.

     - О, господи! Почему вы мне звоните?

     - А кому же ещё? Вы ведь просили присматривать.

     - Звоните пожарным!

     - Но здесь нет пожарных.

     - Надо тушить!

     - Некому тушить. Вы приедете?

     - Пиздец… - Василевский нажал отбой.

     Он был выжат. Почти мёртв. Женщина  исчезла. Он поднялся на перрон. Ветер трепал волосы. Кепка осталась в лесу. Он не стал за ней возвращаться.

Рецензии: писарчук 

КОММЕНТАРИИ (1)
ОПУБЛИКОВАТЬ ПРОИЗВЕДЕНИЕ СДЕЛАТЬ ЗАПИСЬ В БЛОГЕ ЗОЛОТОЙ ФОНД
РЕЦЕНЗИИ
ЖЗМ 
05.03.2018 05:25:47